Ничего себе Поездочка или Съездил блин в Египет (С - Страница 46

В висках стучали уже не молоточки, а кузнечные молоты, в ушах бухало нарастающее давление, Леха задыхаясь, уже не был, а просто налегал на рукоять кувалды, всем телом и пытаясь додавить плохо поддающийся блок на ту сторону.

- Еще чуть-чуть – хрипел он – помогайте давить…

Подплыл Джамиль, нырнул и вместе с Саввой они налегли на лом, уже полностью под водой. Невероятно напряжение мышц, в голове затухают все мысли, и последним неимоверным усилием они таки его продавили. Грохот падающей на той стороне, здоровенной глыбы, рев бурлящей воды, подстегивающие крики товарищей, все смешалось, Алексей вставил перед собой кувалду, и позволил гигантской струе увлечь себя в образовавшуюся дыру.

А дальше он уже ничего не запомнил, то ли ударился головой, то ли вконец обессилел, но сознание видимо потерял еще по эту сторону стены.

В себя Алексей пришел, от звуков смеха с истеричными нотками, очень сильно смахивающего на смех сумасшедшего. Перед глазами стояла красная пелена, но дышалось почему-то легко и свободно, а тот же голос который смеялся проговорил:

- Двадцать первый век – нанотехнологии, робототизированное производство – а нам спасли жизнь… кувалда и лом – а-ха-ха – вновь залился смехом знакомый голос – по которому Леха признал Тимура. У вас теперь будут новые погоняла – Лом и Кувалда... ха-ха.

Алексей со стоном сел и ощупал лицо – шлема на голове не было, но дышать вроде бы как-то удавалось. Он протер глаза и посмотрел вокруг себя, услышав реплику Бориса:

- Тимур, возьми себя в руки – и без тебя тошно. Леха ты как?

- Башка гудит – ответил Алексей – и перед глазами круги разноцветные . Все выбрались?

- Да - послышался голос Савелия – благодаря тебе, между прочим. Все живы, все целы, отделались только ушибами, да синяками. Ну и нервы понятно подлечить придется…

Зрение, наконец, наладилось, взор прояснился и Леха начал различать окружающие его силуэты. Зрелище было печальным, если не сказать больше, среди огромной лужи, лежали и сидели товарищи Лехи по несчастью. Обессилевшие, жалкие, но несказанно счастливые – не смотря ни на что, они выбрались! Зал чем-то тускло освещался, но как ни присматривался Алексей, источники света не обнаружил. Странностей становилось все больше.

Леха снял перчатки, и принялся стаскивать с себя костюм, собираясь выкрутить промокшую одежду, потому как она промокла до нитки.

- Надо собрать все, что удалось сохранить – тем временем, устало проговорил Савелий – и посмотреть, что мы имеем. Приводите себя в порядок… ну насколько это возможно, и нужно будет вернуться назад, подобрать все что уцелело.

Алексей, раздевшись до пояса, выкрутил футболку, тупо осмотрел разбитое стекло своего шлема, и спросил:

- А как мы дышим то?

- Не знаю- охая, ответил ему Борис, державшийся за бок, - наверное какие-то древние штуки все еще работают… Дышится довольно хорошо, несмотря на то что мы глубоко под песком. А вирусы и грибки уже бояться не чего, если что-то тут и было, мы уже это вдохнули…

- Обрадовал… - фыркнула Илона, осматривая свой, маленький прибор, который так и не выпустила из рук.

Алексей не одеваясь, разулся, вылил воду из кроссовок, затем, вновь напялив их на ноги, принялся осматривать весь валяющийся мусор, который принесло сюда водой. Отыскал бутылку с водой, открутил крышку, и припав жадно выпил несколько больших глотков. Затем отправился исследовать окрестности.

Зал с колоннами, вот как можно было назвать помещение, куда их вынесло водным потоком. Только колонны эти были не круглыми и не рельефными, а прямоугольными, довольно простыми, словно литыми, из доисторического бетона, видимо являющиеся несущими конструкциями, всего гигантского сооружения, или какой-то его части. У стен стояли ряды вытесанных из камня величественных статуй, но ни шикарной росписи, ни письмен нигде не наблюдалось. Лишь в центр потолка было помещено изображение Луны, которое ни с чем нельзя было спутать, потому что древние зодчие разместили там даже кратеры…

- Лунный Зал что-ли? – Промелькнула скоротечная мысль, но поскольку сейчас было не до этого, Леха, просто отодвинул ее на потом, и принялся бегло осматривать стены.

Некоторое время, покружив по залу, он, наконец, обнаружил тот вываленный ими блок, и прямоугольную дыру в стене. Подойдя к проему, Леха заглянул туда, но кроме темноты ничего не увидел, зато между стеной и выпавшим блоком, обнаружил несколько упаковок хлебцов и чипсов, взятых им с собой в пирамиду.

- Эй народ! – Повернувшись лицом к товарищам, показал он свою находку – давайте в кучу у кого что есть, надо подкрепиться. Потом уже постараймся выудить оттуда – он кивнул на проломленную стену – свои вещи.

Припасов уцелевших после катания на «водных горках» естественно оказалось не так много. Да их и брали то чуть-чуть. Но тем не менее у них оказалось: три больших пачки чипсов, упаковки хлебцев, что дают в самолетах, пакет ореховой смечи с изюмом, с десяток упаковок печенья «супер-контик», пачка сушеных бананов, и пакет засушенных фиников. Семь пол-литровых бутылок и литровая военная фляжка с водой, которые сохранились пристегнутыми на поясах, и банка тоника, которую Бадру, нес в своем, единственно уцелевшем рюкзаке. Правда, еще уцелел подсумок Ахмеда, но у того там были только боеприпасы.

- Не густо, но хоть что-то – Проговорил Савелий – давайте подкрепимся, но чуть-чуть, думаю не все прямо так проголодались… Припасы надо беречь.

Ахмед и Джамиль, чуть отошли и опустившись на колени стали молиться. Насколько Лехе было известно, по традициям этой веры время вроде как не соответствовало - утренняя молитва совершалась с наступления зари до восхода солнца. Обеденная - с окончания зенита солнца до того момента, когда размер тени каждой вещи становится подобной ей самой. Послеобеденная - с окончания времени обеденной молитвы до заката солнца. Вечерняя молитва: с заката солнца до исчезновения красноты вечерней зари. Ночная молитва: с окончания времени вечерней молитвы до наступления утренней.